сочинения-рефераты
 
содержание
Рефераты
Лекции

«Шариковщина» как социальное и моральное явление. (По повести М.А. Булгакова «Собачье сердце»)

  1. Социальная составляющая личности.
  2. За пределами профессорского рая.
  3. Аморальность в поведении Шарикова.
 
 
Произведение Булгакова «Собачье сердце» дало жизнь новому понятию «шариковщина». Как правило, такие новообразования носят негативный оттенок. Сравним, например, с обломовщиной. И эта отрицательная доминанта имеет право на существование. Шариков, преображенный профессором из пса, хотя и получил «человеческое» сердце, так и не смог стать настоящим человеком. Если рассматривать шариковщину как социальное явление, то следует, наверное, обратиться к его происхождению.
Такая порода, как Шариков, получилась благодаря соединению пса и трижды судимого человека — Клима Чугункина.
В результате операции Преображенского и Борменталя получилось новое существо — Полиграф Полиграфович Шариков. Смысл операции заключался в пересадке собаке человеческого гипофиза, что является, по мнению профессора, главным в определении человеческой личности. «Одним словом, гипофиз — закрытая камера, определяющая человеческое данное лицо. Данное!» Преображенский делает акцент на слове данное, т. е. это дается человеку извне, а не присуще ему на самом деле. Все это подтверждается и поступками Шарикова, который попадает в новую для него среду. Какова же эта среда? Раньше при большом количестве народа калоши профессора никто не трогал. А вот «в марте 17-го в один прекрасный день пропали все калоши». Или другой пример, «2-ой подъезд Калабуховского дома па Пречистенке следует забивать досками и ходить кругом через черный двор». И эта среда воспитывает и формирует человека. В результате именно такой человек: судимый, страдающий алкоголизмом получает вторую жизнь в теле собаки ив новой обстановке, царившей в квартире Преображенского.
Но этот новый вид живого существа выходит за пределы созданного профессором рая и попадает в мир разрухи, которая идет в «головах» людей. Ведь они не смогут изменить свое положение в лучшую сторону, пока поют хором на какой-то квартире. И это социальное окружение тянет Шарикова на самое дно жизни. Он начинает воровать и выпивать. Вот как его описывает Булгаков: «Тот, шатаясь и прилипая к шубам, бормотал насчет того, что личности ему не известны, что они не сукины сыны какие-нибудь, а « хорошие». Да и сам облик только что появившегося человека описывается автором с некоторой долей иронии. Называя его «человечек», он сразу показывает незначительность Шарикова.
Не малую роль в становлении человека играет и духовное воспитание. Шари-кову же оно заменяется социальным. Он читает переписку Энгельса с Каутским, а не произведения классики, которые, наверняка, есть в доме профессора. Шариков ищет социальной справедливости, требуя прописать себя в квартире Преображенского. Он хочет создать семью с барышней, соврав ей про свои раны. Но ведь эти новые веяния современной эпохи должны иметь под собой не только социальное, но и нравственное начало.
Можно сказать, что облик Шарикова, созданный Булгаковым, аморален. У него нет элементарного чувства уважения к другим, не говоря уже о том, что не стоит плевать в колодец, из которого пьешь. Действительно Клим Чугункин в собачьей шкуре получает шанс на новую жизнь с чистого листа. Но окружение, которое выбирает Шариков, не способствует развитию положительных качеств характера. Под влиянием домкома Швондера он требует себе жилплощади в квартире профессора. Однако сам Швоидер тут же наталкивается на то, что культивирует в Шарико-ве: «На учет возьмусь, а воевать — шиш с маслом». На что Преображенский, злобно переглядываясь с Борменталем, замечает: «Не угодно ли мораль». Уже однажды испорченного человека невозможно перевоспитать заново, и поэтому Шариков все больше опускается. Пьяный он вредит не только себе, но и окружающим. Хорошо, что есть люди, которые «жертвам» помогают выйти из-под влияния аморального Шарикова: «Дарья Петровна, грандиозная и нагая, тряхнула его: «Полюбуйтесь, господин профессор, на нашего визитера Телеграфа Телеграфовича. Я замужем была, а Зина невинная девушка»?.
Он искусно обманывает барышню, которую привел жить в квартиру Преображенского. Шариков наврал ей, что шрам от операции есть итог его ранений в боях. И не рассказал, конечно, кто он такой. Его звериные повадки не изживаются даже после операции. Он не развивается в обществе, которое дарит ему новую жизнь. Он так и остается собакой, но уже в переносном смысле. «Вы стоите на самой низшей ступени развития, — перекричал Филипп Филиппович, — вы еще только формирующееся, слабое в умственном отношении существо, все ваши поступки чисто звериные...» Избавиться же от этого Шарикову никто не помогает. Наоборот, домком словно предчувствуя выгоду, потворствует развитию в нем отрицательных качеств. Этого опасного влияния Бормепталь^опасается больше, чем Преображенский: «Да ежели его еще обработает этот Швондер, что ж из него получится?! Боже мой, я только теперь начинаю понимать, что может выйти из этого Шарикова!» И здесь же в этом разговоре мы еще больше убеждаемся в том, что профессор создал человека, который со временем надеется перевоспитать. «Коты — это временно, — говорит Филипп Филиппович. — Это вопрос дисциплины двух-трех недель. Уверяю вас. Еще какой-нибудь месяц, и он перестанет на них кидаться». Получается, что остатки собачьего спустя какое-то время смогли бы отмереть как атавизм. Однако сердце все равно остается собачьим. А может оно и к лучшему, что сердце не человечье. Ведь все поступки мы совершаем по воле разума или велению сердца. Но человеку, вокруг которого только разруха и уголовщина, остается одно: жить сердцем. «Сообразите, что весь ужас в том, — предостерегает профессор, — что у него уж не собачье, а именно человечье сердце. И самое паршивое из всех, которые существуют в природе!»
В Шарикове отразились, как в зеркале, все перекосы того времени и сложившихся в них обстоятельств. Кругом царит только шариковщина. И нет от него спасения даже в лаборатории профессора. Шариковщина, как явление, описанное Булгаковым, становится предостережением всем поколениям. Создавая что-то новое, вы должны быть готовы придать ему не только форму, но соответствующее содержание. Ведь именно нам потом придется бороться с необратимыми последствиями данного явления. А может просто не стоит это все и затевать. У нас же сердце несобачье и облик далек от социальных перегибов и аморальности.
 

Сдать на 5!


  Rambler's Top100